Храмы и городские вертикали в отечественных городах XX века

Автор: | 17.10.2016

Основная особенность расположения храмов в новых городских районах заключается в том, что окружающая их рядовая застройка намного превосходит храмы своими размерами. Если до середины XIX века храмы были городскими доминантами, а на рубеже XIX-XX веков новые жилые и офисные здания во многих случаях стали им конкурентами, то теперь, в условиях массового многоэтажного строительства, храмы перестали выполнять свою традиционную градостроительную роль. Именно многоэтажная застройка наиболее отчетливо представляет специфичность современной градостроительной ситуации, если ее сопоставлять с городскими образованиями минувших эпох. Поэтому проблему градостроительной роли храмов в новых городских районах уместно рассматривать прежде всего на материале комплексов с преобладанием многоэтажных зданий. Достаточно широкий спектр архитектурно-пространственных ситуаций и проектных решений, связанных с расположением храмов в многоэтажном окружении, дает Москва, которая и станет основным объектом рассмотрения в данной главе.

Храм в окружении многоэтажной застройки — специфическое явление XX века. В нем отразился, прежде всего, новый этап развития строительной техники и городской экономики. То и другое стимулировало повышение этажности застройки, так что любое уникальное сооружение общественного назначения, будь то театр, городская управа или храм, становилось по своим габаритам несопоставимо малым по сравнению со строительными структурами, интегрировавшими в себе массу рядовых по своему назначению ячеек, — жилых квартир или конторских помещений. Рядовое стало возвышаться над уникальным, чего раньше никогда не было.

К числу редчайших попыток преодолеть тогда еще только зарождавшуюся тенденцию к доминированию массовой застройки надо отнести проект Дворца Советов в Москве. Уникальное здание общественного назначения должно было стать вертикалью, главенствующей в многоэтажном окружении. Проект основывался на идее повторения традиционной градостроительной композиции в новом масштабе, причем роль храма должен был заместить дом-постамент для фигуры вождя. Проект, как известно, не был реализован, идея создания конкурента массовой застройке в подобной форме уже не появлялась.

Стремление подчеркнуть значимость объекта с помощью доминанты, однако, не пропало. Стала популярной схема, предложенная И. Леонидовым в проекте Института Ленина: семантически значимый объект, чаще всего — зал заседаний того или иного государственного или общественного учреждения, соединяется с башнеподобным корпусом подсобных помещений. Известные примеры такого рода — комплекс ООН в Нью-Йорке, правительственный комплекс в Бразилиа. Содержательно второстепенная башня служит знаком, привлекающим внимание к главному в семантическом отношении объему зала. В такой схеме есть определенная аналогия с парой храм-колокольня, где колокольня нередко выше храма и служит, кроме своей прямой функции, дополнительным акцентом, подчеркивающим важность собственно храма. В произведениях второй половины XX в. появлялись и другие схемы выявления главенства семантически значимого центра композиции. В ратуше в Торонто, например, два вогнутых в плане административных корпуса наподобие оберегающих ладоней охватывают расположенный перед ними купол зала, подчеркивая его важность.

При этом следует заметить, что описанные выше административные корпуса различных комплексов стали не только формально-композиционными акцентами, отмечающими местоположение главной части композиции, — какого- то зала, служащего местом коллегиального решения общезначимых вопросов. Они стали своего рода памятниками самим себе: обитающие в этих корпусах бюрократические структуры часто, по существу, и решают те вопросы, которые, по идее, должны бы приниматься в соседствующих с башнями залах.

Можно утверждать, что логическим развитием идеи содержательно значимых доминант в современном городе стали Сити-центры в крупнейших городах мира. Место этих небоскребов в образе города вполне отражает значение коммерческой составляющей в современной жизни.

Весьма существенно, что характерное для районов новой застройки сочетание скромных размеров храмов с окружением из многоэтажных зданий оказывается не только следствием новых строительных возможностей и экономических запросов. Это и отражение того места, которое религия занимает в современной культуре. Если исходить из того, что вероисповедание стало частным делом граждан, а доля населения, стабильно посещающего храмы или, хотя бы, интересующегося церковной жизнью, относительно невелика, то вполне логичной оказывается концепция формирования приходского комплекса (храма и дополнительных построек) как небольшого объекта, своего рода островка в жилом массиве.

Казалось бы, это так. Но на самом деле картина оказывается заметно иной: храмовые комплексы во многих случаях формируются как специальные ориентиры, а часто — и существенные составляющие районных центров. Конечно, это ориентиры местного значения, не претендующие на общегородскую роль или на формирование некой сети композиционно взаимосвязанных объектов. Такое, как правило, не реально при массовой многоэтажной застройке, да и общество, по-видимому, не испытывает потребности в формировании церковных композиции такого широкого охвата. Но заметная роль храмов во многих внутрирайонных композиционных построениях свидетельствует об определенном интересе и внимании населения к духовным проблемам. Нередко этот интерес тесно переплетается с самыми будничными повседневными запросами горожан. Характерно, что наряду с приходскими храмами, рассчитанными на обслуживание определенного городского района, появляются ведомственные по своей принадлежности церкви, развивающие традицию строительства домовых церквей при каком-то учреждении. В городах возникают и мемориальные храмы, связанные с важными событиями истории города или всей страны.

Приходские и мемориальные храмы возводятся на свободных участках, как правило, вблизи транспортных магистралей или главных улиц. Планировочная структура жилых кварталов к этому моменту уже сложилась, и для строительства храма выбирается наиболее подходящий в композиционном отношении участок из числа тех, которые подходят по своему размеру.

Сказанное выше основывается на наблюдениях, сделанных при рассмотрении ряда российских городов — Петербурга, Твери, Саратова, Самары, Волгограда и других. Но в наибольшей мере — на материале Москвы. Объем главы и характер возникающих задач делает затруднительным сколько-нибудь детально рассмотреть архитектурно-планировочные проблемы храмостроения сразу на нескольких городах. Поэтому в данной главе, в отличие от всех других, наблюдения проводятся только на московском материале, который представляется достаточно репрезентативным.

В большинстве новых районов Москвы на месте будущего храма сначала возводится небольшая часовня или временный деревянный храм, где проводятся службы до окончания основного строительства. Построенные в конце 1990-х — начале 2000-х гг. временные объекты до сих пор во многих районах Москвы остаются единственными культовыми зданиями. Замедление темпов строительства православных объектов на рубеже веков привело к тому, что большое число проектируемых храмов пока даже не заложено, а начатое строительство ведется недостаточно быстро. В связи с потребностью в православных храмах в районах массовой жилой застройки вновь активизировалось строительство небольших деревянных храмов, уже в качестве постоянных, стали усовершенствоваться ранее возведенные временные.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *